Мажор  - Эмилия Грин

– Мам, познакомься, это Злата. Единственная девочка с нашего потока, которая набрала сто баллов за творческий конкурс, – голос Феликса был пронизан гордостью.

Вот артист! Ему нужно было поступать не на журфак, а в школу студию МХАТ…

– Злата, какое красивое имя. А я Марина Вячеславовна, мама этого оболтуса. Приятно познакомиться… – вполне миролюбиво улыбнулась она, и от сердца немного отлегло.

– И мне очень приятно, – сказала гораздо увереннее.

– Мам, Злата помогает мне с эссе по русской литературе, – небрежно вклинился Железнов, пробираясь под края моей футболки.

Он неторопливо выписывал узоры шершавыми подушечками пальцев, и я ощутила, как в местах прикосновений кожа болезненно покалывает.

– Какая неожиданность! – задорно рассмеялась Марина Вячеславовна. – Мой сын вместо того, чтобы шляться по притонам, занят русской литературой… – женщина эмоционально всплеснула руками, продолжая с интересом меня разглядывать.

– Кстати, мам, что ты решила насчет кражи на празднике? – промежду прочим спросил шантажист, и мои руки моментально покрылись «гусиной кожей».

– Ох… Ну, зачем испортил настроение перед поездкой? – нахмурилась женщина. – Не знаю пока… Вроде на благотворительном вечере были все свои. Может, кто из обслуги? Самая ценная ваза из коллекции. Ну как же так?! – ухоженная брюнетка переменилась в лице. Эта тема её явно расстраивала.

– Ну, ладно. Потом поговорим подробнее. Хорошо вам съездить…

– Спасибо. Вернемся с отцом из Питера через два дня. И не забывай про наш уговор – увы, ни одну машину на паркинге тебе взять не удастся, – она лукаво подмигнула, потрепав двухметрового амбала по щеке.

– Я и правда решил пока завязать с гонками… – равнодушно отозвался Железнов, прижимая меня ближе к груди.

– Злата, на следующей неделе приглашаю тебя к нам на ужин. Думаю, нам есть о чем поговорить… Ну ладно, ребята, хорошего вам вечера, а я уже опаздываю.

Мама Феликса поспешно развернулась и, сверкнув красной подошвой «Лабутен», поспешила к воротам. Когда женщина скрылась в тени карликовых ёлок, я резко убрала его ладони с живота, отходя на безопасное расстояние.

– Так-как, похоже, на великого и ужасного Феликса Железнова нашли управу? Что еще за уговор с родителями? – вопросительно прищурилась, заправляя за ухо выбившуюся прядь.

За долю секунды две серо-гранитные тучи пригвоздили меня к месту. Кадык на мощной шее дрогнул, а темные брови сошлись вместе на переносице.

– Не твоё дело! – свирепо выдал однокурсник, облизнув языком кольцо на нижней губе, и я ощутила стеснение.

– Твои родители уехали. Спектакль окончен. Можно мне теперь уйти? – поинтересовалась с нескрываемой надеждой в голосе, все еще рассчитывая успеть на окончание тренировки Андрея.

– Можно. Но только когда сделаешь моё эссе по литературе к завтрашней паре…

Уголок полной губы приподнялся, складываясь в приторную ухмылку. В этот момент я ощутила панику.

– Это невозможно. Я потратила на своё эссе три вечера. Не успею вот так с кондачка взять и написать за тебя.

– Золотце, тебя никто не торопит. У нас вся ночь впереди. Моя кровать – твоя кровать… – сказав это, он скользнул озабоченным взглядом по моим губам, а я, обреченно вздохнув, потянулась к стопке учебников по литературе.

* * *

3 часа спустя

Перед глазами пошла черно-белая рябь, пока я, как заведенная, выстукивала на навороченной клавиатуре компьютера текст эссе, сидя за столом в спальне Железнова.

– Долго ещё? – поинтересовался он еле слышно, присаживаясь напротив.

– Уже заканчиваю, – холодно отозвалась.

– Хотел тебе кое-что сказать… – пробурчал Феликс себе под нос, заставляя переключить внимание на него.

– Давай начистоту. Сейчас мне интересен только мужчина по фамилии Толстой.

Наши взгляды зацепились друг за друга. Никто не спешил отводить глаза.

– Никогда никого не хотел настолько сильно… – Он прикоснулся к моей щеке, и я вздрогнула.

– Думаю, ты говоришь это каждой девчонке… – неловко рассмеялась в ответ, стараясь разрядить обстановку.

– Да. Но ты первая, кому я не вру…

Его глаза были наполнены яркими отблесками разгоравшегося пожара, способного как согреть, так и погубить…

– Феликс, извини, но мне нужно успеть на метро, – нервно развела руками, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Может, останешься? – он прикоснулся к моим волосам, и лицо озарило странное выражение.

– Увы. Через десять минут доделаю и убегаю.

– Ну хорошо, я пока в душ.

Я закатила глаза. Как будто мне дело есть, куда он там пойдет! Осталось дописать пару предложений, и я смогу вернуться в свою уютную шестиметровую комнатку в общаге. Аллилуйя!

* * *

– Думаю, Толстой, не будет против, если я ненадолго украду тебя?

Повернула голову на звук прокуренного низкого голоса и задрожала всем телом, врезаясь взглядом в обнаженный торс Железнова. Из одежды на парне только банное полотенце, повязанное на бёдрах. Косые мышцы живота напряжены, а на груди поблескивали капельки влаги. Открыла рот, но тут же захлопнула его, глядя на огромную массивную фигуру, которая, казалось, занимала полкомнаты. Мне стало нечем дышать, когда взгляд случайно опустился ниже.

Он был возбужден. Причем сильно.

– Знаешь, почему меня прозвали железным? – задумчиво поинтересовался однокурсник, играя языком с колечком в нижней губе.

Буквально кожей чувствовала на себе его раскаленный взгляд и не знала, куда от него деться. Машинально свела бёдра вместе, ощущая странный прилив теплоты внизу живота. В эту секунду я не дышала, даже не отдавая себе отчета, что он продолжает наступать. Во рту пересохло, и язык по ощущениям больше напоминал наждачную бумагу. Тут я действительно не на шутку испугалась, вдруг представив, что его родители уже где-то в небе между Питером и Москвой. В случае чего мне и помочь некому…

– Хочешь побыстрее от меня избавиться? – сухо поинтересовался Феликс, вдруг цокнув языком.

– Мечтаю! – сходу выпалила я.

– Тогда повышаю ставки: переспи со мной.

– Что-о?!

– Хочу провести с тобой ночь. От заката до рассвета. И ты разрешишь мне делать всё, что пожелаю: ласкать, брать, целовать, кусать, трогать, посасывать… Утром я сотру это видео. Обещаю, – он говорил низким уверенным голосом, в котором не было ни намёка на то, что это шутка.

– Феликс, ты больной… – прошелестела, забывая дышать.

– Не-а. Я здоров и полон сил. Ты когда-нибудь кончала несколько раз подряд, чтобы потом даже сил не было подняться с кровати и пойти в душ? – он сделал еще один шаг навстречу, и практически упёрся раскаченным торсом мне в грудь.